В датский город Хернинг Иларс Коледа (на фото — с женой Иветой) уехал 12 лет назад. Постепенно он перетянул в Данию не только свою семью, но и 27 строителей из Латвии. На родину возвращаться собирается разве что, если вынудит ситуация с беженцами. А так предпочитает жить в стране, где есть стабильность, где люди улыбаются друг другу, где понятно, за что платишь налоги, а к простому работнику относятся со всем уважением, не как к рабу.

Foto: DELFI

Иларса Коледу с семьей журналисты портала Delfi встретили на фестивале "Лайма. Юрмала. Рандеву". В Латвию он приехал провести две недели отпуска, ни в чем себе не отказывая.

В Латвии прав тот, у кого деньги

Иларс родом из небольшого городка Плявиняс. Три с небольшим тысячи горожан почти все знают друг друга в лицо. Большинство живет на минимальную зарплату, это ни для кого не секрет. "Да что живут — еле концы с концами сводят, — говорит Иларс. — Смотрят вечерами по телевизору, как западные пенсионеры отдыхают, путешествуют и думают: у меня никогда так не будет".

Иларс — квалифицированный специалист по отделочным работам. Занимался в основном декором — например, итальянскими красками превращает поверхность в "мрамор". Вспоминает, что как-то махал волшебной кисточкой в квартире нового русского в центре Таллина — целый этаж, с мраморными колоннами.

Если в тот раз заплатили щедро, то очень много заказов в итоге заканчивались ничем: "В Латвии можно долго и тяжело работать, тебя будут кормить "завтраками", а потом не заплатят, а государство ничем тебе не поможет. Помню, я работал мастером на предприятии, которое делает мебель, там к людям относились очень грубо. Мне приходилось все время воевать с начальством, чтобы добиться оплаты. Но в Латвии прав тот, у кого деньги. А у кого большие деньги — тот всегда прав".

12 лет назад поступило предложение: для работы в Дании требовался строитель с водительскими правами. Иларс отправился в город Хернинг, начал там работать и со временем решил остаться навсегда. В нынешней строительной компании он работает уже девятый год. Вместе с ним — жена, дочь и друг дочери. В прошлом году Иларсу предложили набрать людей в бригаду и самому организовывать работу. В бригаде уже 21 человек, в конце августа приезжают еще шесть работников из Латвии. Двое уже перетянули в Данию семьи с детьми. Тяжело мотаться между странами.

"Думаю, это не последние, - рассуждает Иларс. - Да, в Латвии вокруг Риги работы хватает. Но многим приходится или ездить каждый день приличное расстояние, или снимать на рабочую неделю жилье в Риге, а это серьезный минус к заработку. И еще не факт, что тебе заплатят".

Foto: DELFI

На фото: вся семья Иларса Коледы живет в Дании.

По его словам, требования к качеству работы в Дании даже менее суровые, чем в Латвии. Латышей ценят высоко, потому что они по датским меркам работают очень качественно: "Мы стараемся держать планку. Потихоньку выталкиваем самих датчан из строительного бизнеса. Платят за работу от 20 евро в час. Да, в Дании 49% заработанного уходит в налоги, но ты видишь, куда они идут. И оставшихся денег хватает на достойную обеспеченную жизнь. В отпуск я могу выйти, когда удобно мне, а не начальнику. Могу себе позволить приехать в Латвию — в самый разгар летнего сезона купить билеты на всю семью (с дочкой и зятем), хорошую гостиницу в Юрмале на две недели, билеты по 120 евро каждый на концерт фестиваля Лаймы и ни в чем себе не отказывать".

Как живут наши строители в Дании?

Латвийский дом жены они пока не продали — пустили туда жить знакомых. В Хернинге долгое время снимали жилье, а три года назад купили свой дом. "Поскольку мы к тому времени прожили и проработали в Дании уже достаточно долго, государство дало нам гарантию на 80% кредита со фиксированной ставкой в 2,5%, - рассказывает Иларс. - Притом что мы — граждане Латвии с разрешением на работу в Дании. Мы могли бы подавать документы на двойной паспорт, но пока в этом нет нужды — никакой разницы в правах сравнении с местными жителями у нас нет".

Foto: No privatarhiva

В 75 км от Хернинга есть латышское общество, но Иларс там редкий гость — общения на латышском ему хватает в семье и на работе. C начальством и на собраниях разговор идет по-датски. "Когда я приехал, государство давало три года бесплатных языковых курсов в удобное для меня время. — рассказывает Иларс. — Если нет работы, то сидишь на пособии и учишь язык днем, если работаешь — вечерами, хотя это непросто, потому что к концу рабочего дня устаешь. Но в любом случае за три года заговорить вполне реально. В принципе, в Дании все местные хорошо владеют английским, но если ты не знаешь датского, к тебе относятся прохладнее. Но в целом никакой дискриминации к приезжим нет".

Дочке Иларса уже 20 лет, она свободно говорит на датском. Закончила частную школу, работает в компании отца и учится на юриста. По словам Иларса, государство дает все возможности своим жителям, чтобы те учились — студентам платят хорошие стипендии, а если ученик едет издалека на машине — стипендия больше".

"Я тут ни по чему не скучаю, — утверждает Иларс. — Даже латвийские продукты могу покупать — их поставляют курьеры. А срочно захотел — в 17 км от нас русский магазин, где есть русские, украинские, латвийские и польские товары… Причем цены на многие продукты в Латвии дороже, чем у нас, с нашим уровнем доходов. Так что мы в Дании уже как дома — мне там комфортнее".

"Хочу ли вернуться? Честно? Нет"

"Честно? Нет. Единственный вариант — если в Данию приедет слишком много беженцев. Это случится, если государство будет им всем так же легко раздавать крупные пособия и поддержку. Когда 12 лет назад мы приехали, беженцев почти не было. Сейчас они более заметны. Это несправедливо, что они получают столько, сколько не всякий рабочий. При этом в новостях большинство проблем по криминалу связывают именно с ними. О серьезных проблемах в определенных районах идут новости и из Швеции, но наша жизнь пока спокойна. Дания, похоже, начинает притормаживать с щедрым приемом. Если так и будет, то и на пенсию останемся в Дании".

Foto: No privātā arhīva

В программу реэмиграции Латвии Иларс не особо верит: "По большому счету, это кража денег у государства — не думаю, что они попадают в цель. Только на бумагах все красиво. Но я не слышал, чтобы кто-то вернулся, и его ждали какие-то хорошие предложения на родине. А у меня уехало огромное количество знакомых".

На каких бы условиях Иларс вернулся? "Думаю, ни на каких. Самая большая проблема Латвии — там нет стабильности. Тут я живу и знаю, что отработаю заказ, скажем, за 14 дней, мне сразу придут деньги за сделанное, а значит, все мои счета будут оплачены и на достойную пенсию отложено".

По наблюдениям Иларса, в Дании у простого работника больше прав и привилегий, чем у работодателя: "Чтобы уволить работника, хозяину нужна очень веская причина. Если он скажет "нет работы", а потом кого-то наймет — ему несдобровать. Или, скажем, мы с коллегами все состоим в Обществе маляров, можем позвонить и сказать, что наша фирма не выплатила нам какие-то деньги. Как только подтвердятся три подобных жалобы на одну фирму — ее закроют, а не погрозят пальчиком и скажут: трудитесь дальше!"

Спокойствие Иларса стоит денег. Ежемесячно он платит около 125 евро страховку по безработице и членские взносы в Общество маляров. Для Дании это небольшие деньги, зато если теряешь работу — ее помогут найти в другой малярной фирме. Причем с этим можно не спешить - два года будут выплачивать пособие в размере средней зарплаты, а параллельно можно ходить на курсы повышения квалификации или переквалификации.

"Все продумано: в любой ситуации ты знаешь, что не попадешь в долговую яму, сможешь рассчитаться с кредитами и лизингами и получишь помощь. Почти семь лет назад я сломал позвоночник — Общество оплатило на сто процентов все мои больничные счета и реабилитацию".

Что делать Латвии, чтобы люди не уезжали?

"Как-то миллиардер Ричард Брэнсон, владелец корпорации Virgin Group (куда входят более 400 компаний), сказал в интервью: главное, чтобы бизнесмен заботился о своих работниках, а уж они позаботятся о его бизнесе. Это очень хорошие слова, — считает Иларс. — В Латвии такого нет: работодатели не заботятся о тех, кто приносит ему доход — все время ощущение такое, что ты раб. А мы — не рабы! И пока это не изменится, ничего тут не будет.

Я ситуацию хорошо вижу, когда приезжаю в отпуск на родину: люди до того измотаны, что даже не улыбаются на улицах. В Дании ты приходишь в лавку за буханкой хлеба — тебе улыбнутся и пожелают счастливого дня. В Латвии ты видишь за кассой несчастного человека, который отпахал 12 часов и не знает, как концы с концами сведет. Он швыряет тебе твой хлеб, сдачу, даже в глаза не смотрит. Это очень обидно — это же моя страна…"

Министр экономики: "Надо не только пользоваться благами в Дании, но и помочь своей стране!"

Foto: F64

Министр экономики Латвии Арвил Ашераденс по просьбе Delfi прокомментировал ситуацию в строительстве в целом и претензии Иларса Коледы и его латышской команды в частности:

- Согласен с тем, что проблемы есть, но как раз сейчас мы все решаем, ведь отрасль бурно развивается, и строители Латвии очень нужны. Самый большой прирост объемов и доходов страны за последнее время приходится именно на сферу строительства: за прошлый год — больше, чем 30%. А в следующем году ожидаем еще больше. Это не только местное строительство, но и экспортные работы, которые производятся, в основном в скандинавских странах. То есть латвийская строительная компания выигрывает тендер за рубежом, строители успешно работают там, а налоги платятся здесь, что важно.

Что важно, волна прироста в строительной области началась за счет оживления строительства в частном секторе — жилья и офисных площадей. Еврофонды только начинают входить в стадию реализации, но с их освоением начались проблемы. Планировалось строить за одни деньги, но пока проекты писались, цены на строительные услуги выросли так сильно, что трудно найти исполнителей под государственные заказы. Правительство в недоумении, что делать, как строить и сколько строить.

Насчет упреков живущих в Дании строителей из Латвии... Сегодня именно в этой отрасли происходят крупнейшие перемены: мы боремся за коллективный строительный договор. Он предусматривает важную вещь: минимальный оклад в строительстве будет почти вдвое больше, чем официальная "минималка". То есть он достигнет 760-800 евро. Это фундаментальная перемена гарантии. Также изменится электронный учет по времени. Эта система уже начата частными предпринимателями, а сейчас принято решение Кабинета министров, что опыт будет преобразован в госсистему, которую будет содержать Министерство экономики.

Это позволит не только СГД контролировать, как подсчитываются рабочие часы, но и даст возможность рабочему предъявить свои претензии работодателю: я работал столько-то часов — оплатите "минималку". Так что ситуация сильно меняется. Радует, что крупные латвийские компании, которые активно работают в скандинавских странах, привозят оттуда все передовые методы.

Я бы призвал строителей самим быть активнее: вступать в профсоюз и бороться за свои права. Скажем, в коллективном строительном договоре одна сторона — крупные строительные компании, а вторая — профсоюзы строителей. Это дает много возможностей рабочим защищать свои права. Это первый шаг в сторону прогресса в отношениях. Так что латвийским строителям в Дании есть смысл не только пользоваться благами этой страны, но и создавать такую же систему у себя на родине. Все возможности для этого есть.

Третья проблема в строительстве, которую мы сейчас беремся решить — это проблема "подрядчиков подрядчика". Сегодня цепь "подрядчиков" может уходить в глубину до 32-й степени, и концов не сыскать. И если в этой цепи кто-то кому-то не заплатит денег, в итоге выплаты не идут всем нижним звеньям, в том числе — рабочим.

Министерство экономики работает над сокращением таких цепей, чтобы можно было проследить, кто кому не платит и повлиять на процесс. Конечно, если работа сделана некачественно, должен быть санкционный механизм, но не может быть так, что человеку просто ничего не платят. Хотя бы минимум заплатить должны. Это важно для защиты работников. И мы будем этого добиваться.