Он отмечает, что деньги из России и других стран Востока в любом случае пройдут через финансовую систему, и будет лучше, если этот финансовый поток пройдёт через направленную на сотрудничество страну, банковская система которой является прозрачной.

Глейзер работал в казначействе США более 20 лет, и занимался вопросами предотвращения финансовых преступлений и финансирования терроризма. В этом году он оставил пост в госуправлении США и стал руководителем консалтингового предприятия Financial Integrity Network. ABLV Bank привлек это предприятие в качестве стратегического консультанта по вопросам соответствия в cфере предотвращения легализации незаконно полученных средств и управления рисками.

В беседе с порталом Delfi Глейзер оценивает возможности банков Латвии восстановить репутацию на международной финансовой арене, рассказывает о глобальных переменах в борьбе с финансовыми преступлениями и поясняет, почему США имеет настолько мощное влияние на условия международной финансовой системы.

Почему Латвия привлекла внимание финансового надзора США в качестве места, где есть проблемы с отмыванием денег? Что пошло не так?

Вопрос не в том, что пошло не так. Нужно понимать вызовы и работать над их преодолением.

Географически Латвия находится в регионе высокого риска, в котором встречается организованная преступность, коррупция и другие приносящие доход преступления. Люди видели возможность и развили финансовую систему Латвии, но ей угрожала незаконная деятельность, риски. Вопрос в том, каким образом управляются риски и как им противостоит международная среда, Латвийское государство и каждый индивидуальный игрок в финансовой отрасли. Десять-пятнадцать лет назад не было достаточного понимания. Но с тех пор и ответственные институции Латвии, и финансовые учреждения осознали важность управления этими рисками. Эти решения всё же не такие простые, это не кнопка, которую достаточно нажать, чтобы система заработала. Нужны комплексные решения, в них требуется вложить много труда. Нужны инвестиции. Необходимо укрепить особые знания, экспертизу в данной сфере.

Латвии нужен творческий подход к этим вопросам, хотя и на уровне правительства, и финансового сектора, и индивидуальных финансовых институций можно сказать, что мы осознаём риски и научились их контролировать. Если вы способны осознать риски и оптимально ими управлять, то оказываете услугу международному сообществу, поскольку в этом регионе есть деньги, которым необходимо двигаться – существуют финансовые потоки, нужно финансировать сделки. Финансовая система – существенная часть всего этого. Если вы делаете это правильно, то можете предоставлять услуги банкам всего мира.

В регионе вращается много денег, но есть ли у Латвии как у небольшой страны возможность управлять такими рисками?

Латвия - опытная юрисдикция. Полагаю, что да. Разумеется, это непросто. Если бы это было просто, то не было бы никаких проблем ранее. Нужен осторожный подход, внимание, специальные инвестиционные знания, образование, технологии. Необходимо создать культуру развития, но для создания и укрепления подобной культуры требуется время. Невозможно создать совершенно новую культуру, новый способ мышления за одну ночь, просто сообщив: хорошо, теперь будем действовать так. Требуются все перечисленные мной вещи и время.

Деньги из России, с Востока в любом случае будут проходить сквозь финансовую систему Латвии. Единственный вопрос – прозрачно это будет или нет? Если мы не дадим этому денежному потоку возможность двигаться по прозрачному пути, то он найдёт непрозрачные, и в этом никто не заинтересован. Что может предпринять Латвия? Если Латвия сможет осознать риски; поймет, что именно она может и понимает, а также приспособится для более разумного управления этими рисками – инвестируя в образование, технологии и полностью новый подход к этим вещам – то она может быть местом, где деньги проходят сквозь систему прозрачным путём. Это укрепит систему, создаст возможности для Латвии и латвийских предпринимателей, а также окажет услугу международной финансовой системе, так как деньги так или иначе найдут к ней доступ. Лучше, если денежный поток пройдёт через юрисдикцию, которая направлена на сотрудничество и действует прозрачно. Это возможность для Латвии.

Латвийский надзор финансового рынка и банки за последние несколько лет приложили много усилий для того, чтобы предотвратить присутствие подозрительного капитала в финансовой системе Латвии. Достаточно ли этого?

В данном случае нельзя сказать: достаточно. Необходима постоянная осторожность и внимание. Латвийская структура, которая осуществляет надзор над финансовым рынком, ясно выразилась: этот вопрос является приоритетным. Это важно. Надзор и в дальнейшем будет сохранять приоритет. Думаю, что Комиссия рынка финансов и капитала понимает: если вам нужен доступ к международной финансовой системе, то об этом постоянно нужно заботиться. Латвия имела плохую репутацию в мировой финансовой системе, и отрасль за это поплатилась – финансовой отрасли стало сложнее действовать в международной системе, был затруднён доступ к доллару США. Это не в интересах Латвии. В её интересах изменить ситуацию на противоположную. Но для изменения восприятия нужно время - невозможно за одну ночь избавиться от плохой репутации, для этого требуется постоянная забота и внимание. На уровне надзора и правительства Латвия была крайне строгой и требовательной в данных вопросах, и теперь сам финансовый сектор должен заявить: да, мы хотим работать над решением и понимаем – даже если в краткосрочной перспективе будут высокие издержки и неудобства, то в долгосрочной перспективе перемены в наших интересах и мы в силах превратить предотвращение отмывания денег и принцип соответствия из издержек в прибыль.

Если финансовый сектор Латвии смог бы правильно усовершенствовать и развить соблюдение требований соответствия и предотвращение отмывания денег, люди во всём мире поняли бы, что можно вести бизнес в Латвии, так как здесь чистый финансовый сектор, которому важны эти принципы. Это могло бы привлечь клиентов. Латвия это может предоставить. В этом регионе сложно найти место, где существуют подобные возможности, точнее – подобные места сложно найти во всём мире.

Где находятся проблемные зоны, если рассматривать отмывание денег в Европе? Является ли Латвия самым слабым звеном в этой цепи?

Я не считаю, что Латвия - слабое звено. Есть другие проблематичные юрисдикции, к примеру, Кипр. Есть и другие, гораздо менее развитые финансовые системы, порождающие проблемы.

Вызов и возможность для Латвии - есть ли у неё желание стать региональным, европейским или глобальным лидером в области введения более высоких принципов в области требований соответствия и предотвращения отмывания денег.

В данный момент в международной финансовой системе наблюдается феномен снижения рисков. Теперь в фокусе внимания предотвращение отмывания денег и финансирования терроризма, а также устранение нелегальных финансов. Финансовый надзор США решительно выступает против больших, глобальных банков в США, допускающих нарушения. Теперь финансовая система функционирует иначе, чем на протяжении последних пяти, шести, семи лет.

Если у Латвии есть подобное желание, она должна укрепиться в качестве лидера по внедрению высших стандартов соответствия. Недостаточно лишь того, что Латвия будет одной из стран, занимающихся этими вопросами. Необходимо работать с таким подходом, что хотите стать лидером и внедрить высочайшие стандарты. Если Латвия справится с этим, то у неё будет своя роль в развитии международной финансовой системы. Если Латвия не хочет этого, но никакой роли у неё не будет. И это не относится только к Латвии, это относится к каждому. Это реальность.

Я давно работаю в этой отрасли. Ранее мы пытались ввести новые принципы с помощью правительств и организаций, например, " Financial Action Task Force" (FATF, Рабочая группа финансовой деятельности - международных организация, которая определяет и внедряет стандарты по предотвращению отмывания денег и финансирования терроризма - авт.). В свою очередь, сейчас финансовая система сама вынуждает своих участников соблюдать новые принципы. Крупнейшие глобальные банки более не заинтересованы строить деловые отношения с институциями и юрисдикциями, которые могут создавать риски, так как знают, каковы могут быть последствия - на них могут быть наложен даже миллиардные штрафы.

Вы упомянули, что внедрение высоких стандартов предотвращения отмывания денег может быть выгодным для финансовой системы Латвии. Может ли Латвия стать региональным лидером в сфере обслуживания финансов? В нашей стране слышны сомнения, что подобная роль слишком рискованна для Латвии, и что мы не можем контролировать эти риски.

Разумеется, невозможен вариант, когда вы просто объявляете себя финансовым центром и немедленно таковым становитесь. Слишком часто случается, что внедрение глобальных стандартов - только слова. Более не является достаточным подход, когда вы просто отмечаете проделанную работу и приходите к заключению, что это уже неплохо. Контролирование рисков - сложная задача, но она не является невозможной.

Что делают банки? Основная суть банков заключается в управлении финансовыми рисками, к примеру, управление кредитным риском. К существующему опыту добавился новый аспект - устранение нелегальных финансов. Ранее банки внедряли заданные правительством условия, и выполнение данных условий было затратным. Созданные банками департаменты развития требовали расходов. Но банки не рассматривали этот вопрос по существу, работа производилась таким образом, что существовал интегрированный банковский бизнес и отдельно существовал ответственный за предотвращение нелегальных финансов департамент. Сейчас ситуация меняется - предотвращение нелегальных финансов должно стать основой сути банков, их "ДНК". Этот аспект должен быть для банков частью видения картины мира и их бизнес-подхода.

Если рассматривать ситуацию подобным образом, то нужно менять бизнес-подход. Это трудноосуществимо и придает процессу руководства банком совершенно новую степень сложности. Хотя, если эти изменения проводятся правильно, то это можно превратить в прибыльную модель деятельности, а не только расходы.

Не могу сказать, что подобные изменения легки. Но, если Латвия хочет быть серьёзным игроком международной финансовой системы, то подобные изменения следует осуществить. Думаю, что это достойная цель, к которой нужно стремиться.

Размышляя о подобных изменениях системы, есть ли какие-либо основные шаги, выполнив которые мы будем знать, что успеваем за мировыми переменами?

Если мы говорим об основах, то это стандарты FATF.

Латвия как страна-участница Евросоюза (ЕС) должна соблюдать требования директив по предотвращению отмывания денег, которые устанавливают основные стандарты ЕС. Эти стандарты тесно связаны с глобальными стандартами, установленными FATF. Практически любая страна мира, в том числе Латвия, сравнивается согласно стандартам FATF. Начало - выполнение этих основных стандартов.

Новинка заключается в том, что дополнительно к техническому соответствию FATF недавно начала гораздо более внимательно оценивать также и эффективность. Это значит, что страны теперь оцениваются по сути. Оценивается, как работает всё вместе и насколько эффективна система, а не только отмечается, что внедрено это, это, и это. Это очень важный элемент перемен.

В целом эта индустрия развивается в направлении технологий. Искусственный интеллект, машинное обучение и множество новых технологий ускорит возможности банков анализировать сделки клиентов и позволит банкам укрепить позиции, чтобы следить за подозрительной активностью и сообщать о ней ответственным учреждениям. Развитие технологий позволит банкам гораздо лучше понимать своих клиентов. В данный момент это очень дорого и требует больших затрат времени. Разумеется, для внедрения новых технологий потребуются дополнительные инвестиции.

Во всём мире в течение последних лет вызывают опасения также затраты, связанные с предотвращением отмывания денег и вопросами соответствия. Они действительно довольно высоки, так как в этой сфере нужно задействовать большое количество людских ресурсов. Но с развитием технологий работа станет более эффективной. К тому же, Латвия может стать инноватором в этой сфере, лидировать в развитии технологий и демонстрировать миру, какие улучшения возможны с помощью новейших технологий.

Затрудняют ли новое регулирование и новые системы информационных технологий деятельность финансовых преступников? Можно ли выдавить их из финансовой системы, или же они найдут новые пути для обхода новых решений?

Я не настолько наивен в подобных вопросах. Преступления и преступники будут всегда, и они всегда будут искать пути для обхода системы. Ничто из упомянутого не является серебряной пулей. Но целью является достижение того, чтобы перемещение средств преступниками стало гораздо более рискованным, дорогим и затруднительным. Это осуществимо.

Дополнительной целью является защита целостности международной финансовой системы. Это ценность. Разумеется, она не будет идеальной, так как по сути всё, в чём задействованы люди, не является полноценным. Зато, если вы можете построить и сохранить целостную систему, то сможете создать чистые методы ведения бизнеса. Это преимущество для всех - и для бизнеса, и для стран.

Разумеется, я не считаю, что внедрение регулирования предотвращения отмывания денег само по себе уничтожит преступность. Существует много причин существования организованной преступности, и чтобы эффективно бороться с терроризмом и организованной преступностью, индивиды, правительства и международное сообщество должны предпринять очень много шагов. Но финансовая составляющая является важной частью этой борьбы.

Банковская система всё больше и больше регулируется. Вынуждены ли таким образом преступники уходить из банковской отрасли в другие? Развиваются разные решения, основанные на технологиях.

Это всегда будет игрой в кошки-мышки. Важно, чтобы правительства, совершенствуя свою борьбу с нелегальными финансовыми потоками, не концентрировались лишь на банках. Стандарты FATF не относятся только к банкам, но и к небанковским финансовым институциям.

Любой подход в борьбе с незаконными финансами должен принимать во внимание все возможные пути, которые преступники могут использовать для перемещения своих средств. Технологии дают возможность правительствам и финансовым институциям делать правильные вещи, но также открывают преступникам новые возможности делать плохие. Поэтому правительства должны быть на высоте, им нужно принимать во внимание также криптовалюты и следует убедиться, что регулирование и требование относятся не только к банковскому бизнесу, но и к новым формам финансового посредничества. Если будем концентрироваться только на банках, то возможности для сомнительных сделок останутся открытыми.

Откровенно говоря, это является одной из причин, по которым эти вопросы настолько интересны - непрерывно происходит развитие и перемены.

Возможно ли, что когда-нибудь будет возможность исключить из финансовой системы "налоговые раи" и регионы, где создаются фиктивные предприятия? Почему подобные территории существуют?

Они существуют потому, что это довольно сложный вопрос. Есть обоснованно причины существования корпораций. На международной уровне не было выраженного общего мнения об едином подходе к регулированию этих компаний. Откровенно говоря, одна из сильно отстающих в этом плане стран - США, которую я представляю, где мы боремся за внедрение законодательства, требующего от наших корпораций большего уровня открытости. Этот вопрос довольно сложен даже в такой стране, как США, которая, по моему мнению, является самой развитой и самой эффективной в борьбе с отмывания денег страной в мире. Но это не означает, что этот вопрос не требует решения.

Разница между "налоговым раем" и раем для отмывания денег крайне мала, почти неразличима, если таковая вообще существует. Уклонение от уплаты налогов по сути лишь другая форма незаконной финансовой деятельности, обе их характеризует недостаток прозрачности и международного сотрудничества.

Крайне важно, чтобы страны, не являющиеся прозрачными и содействующие непрозрачной деятельности также в других местах, были идентифицированы и привлечены к ответственности. Но оценить и внедрить это довольно сложно. FATF занимается этим на протяжении почти двадцати лет, создавая чёрные списки стран, не сотрудничающих в борьбе с финансированием терроризма и отмыванием денег. В международной среде были попытки применить подобные меры также к "налоговому раю", но успехи были разными.

ЕС недавно опубликовал свой собственный список стран, которые он считает "налоговым раем", это важная инициатива. Будет интересно наблюдать результаты этой инициативы, так как одно дело - составлять подобные списки, но достичь реальных последствий подобных списков гораздо сложнее. Это вызов для ЕС - посмотрим, что из этого выйдет.

Еще одним аспектом, который банки должны принимать во внимание, являются списки международных санкций. Как уследить за текущими событиями в этой сфере?

Это также является частью международного финансового бизнеса. Если банк желает быть частью международной финансовой системы, ему нужны современные и эффективные решения, исключающие возможность ведения бизнеса с включенными в санкционные списки субъектами. Система санкций становится все более сложной. Существуют санкции, распостраняющиеся на такие страны, как Иран и Северная Корея, такие, как Россия и Венесуэла, существуют также индивидуальные санкции, связанные с терроризмом и организованной преступностью. Это сложное поле.

Во-первых, банки сами должны не быть заинтересованы в сотрудничестве с подобными клиентами. Банки должны делать это в первую очередь для себя, потому, что не хотят способствовать ядерной программе Северной Кореи.

Режим санкций следует соблюдать также потому, что в противном случае будут очень суровые последствия. Органы власти крайне серьёзно относятся к нарушениям режима санкций, особенно это касается властей США. Штрафы, примененные США к финансовым институциям, были огромны. Это вызвало волнообразное влияние на весь остальной мир. Если банки хотят иметь доступ к доллару США, доминирующей резервной валюте мира, то бизнес-подход должен быть ответственным, таким, чтобы контролировать связанные с санкциями риски. Это непросто. Иначе можно бы было просто заявить: никакого бизнеса с Северной Кореей, и точка. Но если задуматься, что это означает, то все не так уж и просто.

Главным экономическим и финансовым партнёром Северной Кореи является Китай. Против Китая санкций нет, и все хотят с ним сотрудничать. Ни в коем случае не хочу сказать, что с Китаем не стоит сотрудничать. Но нужно иметь в виду: если ведёте бизнес в Китае, может возникнуть риск каким-либо образом соприкоснуться с Северной Кореей. То же самое и с Россией. Потому этот вопрос настолько сложен.

Но это также и политический вопрос.

Политическими являются причины существования программ санкций, а также причины внесения кого-либо в санкционные списки. Санкции как политическое решение используются странами для разрешения кризисов - будь то украинский Крым или ядерный спор на Корейском полуострове, будь то Иран, Сирия или Венесуэла. Санкции - инструмент, используемый многими странами, в особенности США, в целях решения политических и связанных с безопасностью проблем.

В свою очередь, со стороны перспектив банков, данный вопрос не является политическим. Если банки желают работать в международном финансовом мире, они должны крайне серьёзно относиться к программам санкций.

Вы многократно упоминали значение чистого бизнеса для доступа к доллару США. Но в то же время банки, обеспечивающие соответствующее взаимодействие, в целях снижения рисков исключают из своего бизнеса малые регионы. Для Латвии, как малого государства, этот вопрос может вызвать сложности.

В данный момент на международном уровне в финансовой отрасли наблюдается феномен снижения рисков. У этого много причин, и одной из важных причин является то, что финансовый надзор и департамент юстиции США пристально следят за банками США, и применяют к ним очень большие денежные штрафы. В результате банки пересмотрели профиль своих рисков и в некоторых случаях приняли решение больше не вести бизнес там, где ранее имели риск-аппетит. Также это вылилось в сужение соответствующих отношений во многих регионах мира, а также во многих секторах. В результате этих перемен имеются как позитивные приобретения, так и сомнения по поводу того, что могут быть определенные секторы и регионы, доступ которых к финансовой системе и нужному им доллару США может быть затруднён.

Латвия тоже испытала последствия снижения рисков как по причине своей репутации, на которую повлияла привычная здесь бизнес-деятельность, так и из-за своего регионального местоположения. На этот вызов Латвия должна ответить разумно, чтобы снова вызвать доверие. Я уже упоминал, что нужно менять представление о Латвии, но его можно изменить только путем смены реальности. Я не говорю о создании публичных отношений. Представление нужно менять с помощью реальных перемен, демонстрируя, что Латвия предпринимает шаги, нужные для контролирования рисков. Если эти шаги будут предприняты, то Латвия станет местом, где финансовые институции всего мира захотят вести бизнес, так как она прозрачная и готова к сотрудничеству. В этом регионе не так уж много других мест, где можно встретить что-то подобное.

Доллар США является мировой валютой. Но все же в мире происходит смещение векторов власти. Как это может развиваться в будущем? Может ли доллар США потерять свое значение, а вместе с ним и работа, проведена для снижения уровня финансовых преступлений?

Не знаю, как будет выглядеть мир через 50 лет, но уже сейчас могу заявить, что ни сейчас, ни в обозримом будущем доллару США нет жизнеспособных альтернатив.

То есть это означает, что данным законам нужно будет следовать всегда?

Это означает, что действия США должны быть ответственными. Одной из причин привлекательности доллара США является образ США как стабильных, жизнеспособных и ответственных хозяев доллара. У США будет особо сильное влияние на условия международной финансовой системы до тех пор, пока они будут поддерживать этот образ. Но правила международной финансовой системы определяют не только США, на них также влияет множество других организаций: Базельский комитет, FATF, Международный валютный фонд, G-20. Поэтому неверно было бы полагать, что США диктуют условия международной финансовой системы. Я рад был бы диктовать условия, когда работал в казначействе США, но согласно собственному опыту могу заявить, что на самом деле все было гораздо сложнее.

Но все же следует признать, что у США есть возможность в определённой степени определять правила, которые должны соблюдать для получения доступа к финансовой системе США. Я не считаю, что США действуют безответственно, самовольно либо раздражительно. Действия хорошо продуманы. Разумеется, США стремятся реализовать свои интересы во внешней политике, но считаю, что это делается аргументированно, ответственно, с уважением к мнения и интересов наших друзей и партнёров во всем мире.

Является ли Латвия хорошим партнером?

Да, я думаю, что Латвия - хороший партнёр США.